Новые монополии. Как технологические гиганты меняют мировую экономику
Долгие годы некоторые страны верили, что нефтяные и газовые компании будут самыми дорогими в мире. За это время Apple, Amazon и Facebook сформировали новый сегмент глобальной экономики
Завершившийся 2017 год стал одним из наиболее успешных за последнее время для инвесторов, вкладывавшихся на глобальных фондовых рынках: их суммарная капитализация за 12 месяцев выросла на немыслимые $12,4 трлн, а индекс Dow Jones установил в течение года рекордное число рекордов — более 70. Но помимо этого, год был отмечен еще одним важным трендом: с каждым кварталом в первой десятке самых дорогих глобальных публичных компаний становилось все меньше традиционных индустриальных корпораций — они уступали места технологическим гигантам. К концу года из пятерки выпала даже Berkshire Hathaway, а остались в ней лишь Apple, Alphabet, Microsoft, Amazon и Facebook.
Казалось бы, можно только порадоваться за лидеров в сфере новых технологий, но не тут-то было.
По мере того как Amazon и Facebook прокладывали себе путь на вершину рейтинга, в западной академической среде, а также среди журналистов и политиков поднималась мощная волна недовольства, в концентрированном виде сводившаяся к требованиям «демонополизации» и применения к этим и другим технологическим компаниям, включая Apple и Microsoft, норм антимонопольного законодательства, вплоть даже до насильственного разделения. Сегодня подобные призывы слышатся практически ежедневно, а обывателей запугивают тем, что доминирование нескольких крупнейших фирм способно даже «остановить технологический прогресс».
Такие обвинения кажутся мне несправедливыми даже с формальной точки зрения (во второй половине 2017 года доля Apple на мировом рынке мобильных телефонов не превышала 15% против 22% у Samsung, до которого никто не «докапывается»), но куда больше по совершенно иной причине.
По состоянию на 31 декабря двумя из пяти самых дорогих компаний мира стали Alphabet (читай — Google) и Facebook, а вот их бизнес в такой степени отличается от бизнеса не только промышленных, но и большинства привычных нам сервисных компаний, что я вообще не уверен, применимо ли тут понятие монополизма.
Сегодня ежемесячно услугами сети Facebook пользуются 2,2 млрд человек, или 40% жителей Земли в возрасте старше 15 лет. Ящиками электронной почты на сервере Gmail по состоянию на cередину 2017 года обзавелись более 1,2 млрд человек, и весьма вероятно, что число подписчиков превысит 1,5 млрд уже в наступившем году. Схожую динамику демонстрируют и новые мессенджеры: за 2016–2017 годы аудитория Telegram выросла вдвое. Конечно, нельзя не видеть, что рост лидеров рынка происходит не только органическим образом: кто не знает о покупке Microsoft’ом Skype или о приобретении Facebook’ом Whats App и Instagram, a Google’ом — AdMob и DoubleClick? Но несмотря на активную консолидацию сектора, не изменяется только одна, фундаментальная особенность его функционирования: все базовые услуги этих сервисов продолжают предоставляться пользователям бесплатно.
На протяжении всех долгих десятилетий, в течение которых правительства и общества вели борьбу с монополиями, основным злом, проистекающим из их существования, считался картельный сговор ради искусственного повышения цен и необоснованного обогащения. Именно это инкриминировалось и инкриминируется компаниям, обладающим доминирующими позициями на отдельных отраслевых рынках. Но как можно вменять подобное технологическим гигантам, если 99% их клиентов вообще не вступают с ними в финансовые отношения? Если экспансия этих корпораций существенно снижает, а не повышает цены там, где потребителю действительно приходится платить (сравните, к примеру, кабель от компьютера к принтеру за $24,99 в Staples и за $3,95 в Amazon, а про снижение цен в WholeFoods после его покупки интернет-ретейлером я даже не вспоминаю)?
Если усилиями таких фирм коммуникации, в середине 1990-х занимавшие существенную долю в расходах домохозяйств, уже превратились в общественное благо, то что будет, когда очередной «монополист», Илон Маск, завершит свой проект Skylink по раздаче бесплатного интернета по всей поверхности Земли?
- Интернет из космоса: что скрыл Илон Маск о запуске Falcon Heavy
Сегодня критики крупнейших технологических компаний делают упор на три обстоятельства.
Во-первых, они призывают обратить внимание на огромный массив рекламы, в размещении которой эти корпорации действительно являются неоспоримыми лидерами и которая приносит им бóльшую часть их доходов (считается, что эти траты в конечном счете перекладываются на потребителей). Во-вторых, говорится о том, что информационные компании паразитируют на бесплатном или крайне дешевом контенте, который на самом деле стоит намного дороже и распространение которого обделяет создателей или исполнителей той или иной аудиовизуальной продукции. Наконец, в-третьих, утверждается, что масштабы инвестиций в освоение новых технологических приемов у лидеров отрасли таковы, что независимые предприниматели «по определению» оказываются на обочине и могут вести не более серьезную борьбу с «монополистами», чем владелец частной заправки с Shell или Conoco.
Все эти аргументы, однако, кажутся мне совершенно несостоятельными.
Прежде всего стоит заметить, что реклама в интернете обладает двумя основными характеристиками.
С одной стороны, какой бы назойливой она ни была, она не может долго определять предпочтения потребителей: если вас пытаются перенаправить на какой-то сайт по бронированию авиабилетов, то купив однажды билет со скрытыми surcharges, вы больше туда не вернетесь, благо тот же интернет открывает массу возможностей для сравнения расценок. С другой стороны, реклама в сети становится все более дешевой и в пересчете на единицу проданного товара издержки на его продвижение за последние четверть века снизились более чем втрое, что означает: «перемещение» рекламы в интернет делает потребление среднестатистического человека не более, а менее дорогим. Да, конечно, традиционная реклама умирает, но на то и существует рыночная экономика, чтобы эффективность везде и всюду постоянно росла, а вовсе не снижалась.
Что касается падающих доходов правообладателей, тут возникает еще больше недоумений. С одной стороны, стоит признать, что проблема (если она вообще есть) порождена не монопольным положением интернет-компаний, а принятием в США Digital Millennium Copyright Act в 1998 году, а в ЕС — Сopyright Directive в 2001 году, которые облегчили загрузку данного контента на интернет-сайты; поэтому вопрос скорее следует обратить к правительствам (и к ВТО, под давлением которой это было сделано), а вовсе не к коммуникационным компаниям.
С другой стороны, мне кажется, что даже самая примитивная статистика доходов известных спортсменов, эстрадных исполнителей, артистов кино и даже писателей как-то не слишком убеждает в том, что с каждым годом они становятся все более стеснены в средствах; к тому же основную угрозу их доходам сегодня представляют «пиратские» сайты, а не Google или Facebook.
Наконец, что касается стартапов и небольших компаний, то и тут многие обвинения бьют мимо цели. Сегодня масса инновационно мыслящих предпринимателей по всему миру каждый день находят новые технологические решения, как, например, случилось с одноранговым файлообменником (peer-to-peer file-sharing), который трое молодых эстонцев использовали для своего проекта Kazaa. Из этой небольшой инвестиции вырос Skype, который через два с половиной года после основания был куплен eBay за $2,6 млрд, а затем, после того как компания решила от него избавиться, достался в 2010 году Microsoft за $8,5 млрд.
Примеров такого рода становится все больше, и лично у меня нет сомнений, что сама перспектива продаться коммуникационным гигантам выступает сегодня едва ли не главным мотивом, побуждающим технологических предпринимателей пускаться в самые смелые авантюры. Каким демотиватором могут быть ныне лидеры рынка, если они готовы сметать почти все перспективные стартапы, тем самым постоянно поддерживая спрос на инновации в самых разных сферах?
Стремительный рост компаний, которые (как тот же Amazon) в начале своего пути требовали минимальных инвестиций, а затем, сумев привлечь с рынка первоначальные средства для развития, годами оставались убыточными, но со временем стали доминирующими в своих сферах, ставит перед экономистами и политиками многие непростые вопросы. Сегодня уже очевидно, что сформировался новый сегмент глобальной экономики, способный развиваться не только в условиях устойчивого снижения издержек и себестоимости (как демонстрировало еще производство информационного hardware), но и при бесплатном распространении своего core product.
Это создает те центры потребительского «притяжения», которые оцениваются инвесторами выше, чем любые традиционные активы, — и это является приговором экономикам вчерашнего дня, ресурсным и индустриальным.
Не менее очевидно и то, что регулировать такие компании по канонам ХХ века практически невозможно, причем не только потому, что в их основе лежит совершенно иная экономическая модель, но и потому, что число их лояльных пользователей в каждой развитой стране превышает количество избирателей любой партии, представители которой могли бы попытаться пролоббировать подобное регулирующее законодательство.
Современная экономика учит — и будет учить — любителей социалистических экспериментов той простой истине, что основанное на неравенстве способностей и креативности неравенство материальных возможностей не только необратимо, но и, увы и ах, справедливо.
И фантастические показатели капитализации лидеров коммуникационной отрасли — повод задуматься не об их расчленении, а о том, какими неожиданными окажутся новые повороты в поступательном процессе создания того, что отдельные визионеры еще в начале 1990-х называли «неограниченным богатством». Называли тогда, когда в иных странах делили нефтяные активы и надеялись, что государственные газовые монополии станут самыми дорогими компаниями в мире…
кто защитит потребителей? / Хабр
На этой неделе Минюст США подал иск против Google, обвинив компанию в монополии на поиск и поисковую рекламу. В иске утверждается, что Google злоупотребляет своим положением на рынке интернет-поиска и рекламы и подавляет конкурентов. Отличное продолжение темы, которую мы в прошлый раз обсуждали – об использовании интернет-поиска Яндексом для продвижения собственных сервисов.
То, что государственные органы начали на самом высоком уровне решать вопросы, связанные с монополизацией цифровых гигантов – хороший сигнал мировому IT-сообществу.
Подходы к регулированию цифровой экономики обновляются, чтобы поставить во главу угла интересы потребителей (интересный пример – наушники от Apple 12 во Франции) и честную конкуренцию.
И в Европе, и в США, и в России степень недовольства действиями технологических гигантов может быть одинакова. Однако меры по регулированию различны. Что делать с монополией Яндекса? Теперь решение за ФАС.
Однако давайте посмотрим правде в глаза: конкуренция IT-гигантов между собой – вещь достаточно условная, мы это видим уже сейчас. Попытки отгрызть друг у друга кусочки бизнеса можно условно считать рынком, хотя, скорее, это напоминает позиционный размен пешек в шахматной партии без выигрыша качества. Но есть и худший сценарий: выбор без выбора. Наверное, это неплохо с точки зрения бизнеса: куда бы ни нес клиент свои деньги, они все равно окажутся в одном кошельке. Очевидно, что в этом случае страдают интересы потребителя. И интересы государства, которое вместо здоровой конкурентной среды и технологических прорывов может получить застойное болотце.
Многие уже не помнят, что подобный период в экономике уже был и ничем хорошим не закончился.
В России ситуация с рынком интернет-поиска складывается похожим образом, как и за рубежом. У нас свой поисковик номер один – Яндекс. Его доля оценивается в 60%, еще порядка 35% – у Google. И Яндекс не первый год продвигает собственные сервисы, манипулируя результатами поисковой выдачи и нанося вред конкуренции в цифровой среде, не хуже своего американского аналога.
Объяснимо, что поисковый сервис использует собственную платформу для продвижения других своих продуктов и услуг. Однако методы продвижения вызывают вопросы IT-сообщества. В комментариях к публикации «Медленно, но верно: тайное влияние Яндекса на Рунет» сформировалось мнение, которое разделило большинство участников той дискуссии – поисковик с помощью такой нехитрой манипуляции как «колдунщики» замещает своими сервисами сервисы конкурентов, вынуждая их платить за рекламу самой поисковой платформе.
Стоит понимать, что современный Яндекс уже не просто поисковая система, этот игрок другой лиги.
Умалять значимость Яндекса в процессе формирования российской IT-индустрии нельзя. Но есть мнение, что текущая стратегия компании может индустрию и похоронить. У менее крупных игроков выбор не большой: тратить бешеные ресурсы на борьбу с абсолютным лидером, закрываться или продавать свой бизнес Яндексу. Сейчас в России нет подобных крупных чисто технологических компаний, которые выросли бы не на базе банковских капиталов или инфраструктуры операторов связи. IT-стартапы уже не могут завоевать значительную долю рынка, им для этого нужно слияние с крупными игроками.
Для создания онлайн-сервиса зачастую не нужны большие деньги, тем более сейчас, когда доступны самые различные ресурсы и технологии. Однако задача донести свое предложение потенциальным пользователям может похоронить отличную идею.
Техногиганты контролируют и блокируют ключевые части интернет-инфраструктуры, тем самым перекрывая путь на рынок начинающим компаниям, а также распоряжаются по своему усмотрению трафиком в поисковых системах. Какова вероятность для Моськи побороть слона?
В ряде случаев IT-гиганты наказывают за такое поведение. Так, например, в 2017 г. Еврокомиссия оштрафовала Google за приоритетное продвижение собственного сервиса Google Shopping в своей поисковой системе. Обратите внимание, в деле Google речь шла об эксклюзивном продвижении всего одного сервиса, в то время как Яндекс использует «колдунщики» для продвижения множества своих сервисов в формате, недоступном остальным участникам рынка.
Например, по запросу «смотреть боевик онлайн» поисковая система Яндекса всегда приоритетно показывает свой сервис «КиноПоиск», смещая вниз другие строки выдачи.
Аналогично работают «колдунщики» и для других рынков. Так, выдавая поисковые результаты по запросу «купить авто», «колдунщики» продвигают аффилированный c Яндексом сервис auto.ru. В поиске услуг Яндекс.Услуги, в сегменте географических запросов – продвигаются Яндекс.Карты.
Например, здесь «колдунщик» использован дважды: до рекламного объявления и после него. То есть даже рекламное продвижение не позволяет быть более заметным по сравнению с интерактивным «колдунщиком». Первый результат органической выдачи, а значит, более релевантный запросу пользователя, находится на 4 месте. На смартфонах – на втором экране.
Таким образом, в отличие от «кейса Google» 2017-го года, где речь шла только об одном сервисе, ограничения конкуренции и убытки для бизнеса на российском рынке однозначно масштабнее и опаснее, чем действия Google в Европе.
В России уже есть знаковый прецедент: восемь ИТ-компаний, которые назвали себя «ИТ-Коалиция» обратились в ФАС с просьбой остановить злоупотребление доминирующим положением компании Яндекс на рекламном рынке, которое, по сути, устраняет конкуренцию между сервисами Яндекса и независимыми компаниями.
В конце концов, регуляторы для этого и существуют, чтобы не допустить монопольного положения на рынке и злоупотребления этим положением.
Сейчас еще можно предпринять какие-то меры на уровне законодательного регулирования, но еще года два – и будет поздно: убив внутреннюю конкуренцию на рынке IT-технологий, нам придется забыть и о конкуренции на мировом рынке.
Примеры монополии в реальном мире: более близкий взгляд
Описание
Businessman Lift Gear and Money в качестве монопольных примеров
Источник
JJPAN / ISTOCK / Getty Images плюс
. лицензия
Монополия — это настольная игра с банкиром, да? Ну да, но помимо популярной игры, примеры монополий можно найти в большом бизнесе по всему миру.
Что такое монополия?
Монополия – это исключительное владение или контроль над поставкой, производством и торговлей продуктом или услугой. В частности, монополия возникает, когда определенная компания является единственным поставщиком продукта или услуги.
Слово монополия происходит от латинского monopium , что означает «право исключительной продажи», и само происходит от греческого слова monos , означающего «единственный». Старая французская форма слова 9.0029 монополия , что переводится как «владение чем-то в ущерб другим».
Примеры американских монополий
На протяжении многих лет в США существовало и существовало множество монополий. Некоторые компании могут быть вам знакомы, в то время как другие менее известны или исторически сложились.
Реклама
Standard Oil
Одним из первых и наиболее известных примеров монополии является Standard Oil нефтяного магната Джона Д. Рокфеллера. Standard Oil начала свою деятельность в 1870 году в Кливленде, штат Огайо, и с годами Рокфеллер приобрел конкурирующие нефтеперерабатывающие заводы. В течение двух лет после основания Standard Oil он выкупил, обанкротил или закрыл 22 из 26 своих конкурентов в Огайо. До Standard Oil в Соединенных Штатах существовало несколько конкурирующих нефтяных компаний.
К началу 20 века Standard Oil загнала в угол примерно 90% рынка нефти, что сделало Джона Д. Рокфеллера первым в истории миллиардером.
Общественное мнение в конце концов повернулось против Standard Oil и Рокфеллера, и в 1911 году Верховный суд США постановил, что Standard Oil должна быть разделена на 34 компании. После 1911 года восемь компаний сохранили название «Стандард Ойл», и эти компании со временем объединились с другими и превратились в другие интегрированные компании, доминировавшие на рынке (например, ExxonMobil).
Реклама
Microsoft
В 1998 году против Microsoft был подан антимонопольный иск, в котором компания обвинялась в монополии на рынке персональных компьютеров и интеграции веб-браузеров. Компанию также обвинили в том, что она чрезвычайно затруднила удаление Internet Explorer и использование конкурирующего браузера на своих компьютерах. В конечном итоге было установлено, что Microsoft обладает монополией на операционные системы, и в постановлении требовалось разделить компанию пополам.
Однако в конечном итоге дело было урегулировано, и Министерство юстиции США отказалось от требования о роспуске компании.
Tyson Foods
Tyson Foods входит в «большую четверку» упаковщиков мяса в США наряду с Cargill, JBS и National Beef. Он производит около одной пятой мяса, потребляемого в США, и занимает около 25% доли рынка, а также наибольшую долю птицефабрик. Кроме того, в его дочерние компании входят популярные бренды, такие как Jimmy Dean, Hillshire Brands, Ball Park Franks и другие. Tyson поставляет куриные продукты в McDonald’s, Walmart, Burger King, Wendy’s, KFC и Taco Bell, среди прочих.
Tyson Foods обвиняют в том, что она является монополистом или почти монополистом по вышеуказанным причинам. Ближайшие к монополиям компании — это компании, захватившие значительную долю рынка, но в конечном счете законные. В частности, в Арканзасе, где находится штаб-квартира Тайсона, Тайсон доминирует в птицеводстве.
Реклама
Хотя существуют и другие поисковые системы, Google, несомненно, является самой популярной, на которую приходится почти 90% поисковых запросов.
Сам термин «Google» стал синонимом поиска чего-либо в Интернете. В 2020 году 36 штатов подали антимонопольный иск против Google за ее монополистическую практику. Дело, чтобы определить, является ли Google монополией, продолжается, и еще неизвестно, будет ли компания разделена.
Meta (ранее Facebook)
Возможно, компания Facebook, которая в последние годы подверглась наибольшему расследованию из-за предполагаемой монополистической практики, — это Facebook, которая с тех пор была переименована в Meta. Помимо того, что Facebook является самой популярной социальной платформой с 2,7 миллиардами пользователей в месяц, она также приобрела потенциальных конкурентов Instagram и WhatsApp, а также несколько других платформ. В 2020 году 46 штатов и Федеральная торговая комиссия подали иск против Facebook, обвинив крупного технологического гиганта в использовании «незаконной схемы покупки или захоронения для подавления конкуренции». Антимонопольное дело было возобновлено в августе 2021 года, незадолго до ребрендинга Facebook в Meta.
Реклама
Примеры международных монополий
Хотя приведенные выше американские компании могут быть наиболее очевидными и известными примерами монополий, монополии также существуют и даже процветают во всем мире.
Комиссия по соляной промышленности
Монополии восходят к древнему миру. В данном случае династия Тан в Китае. Созданная в 758 году Комиссия по соляной промышленности была организована для продажи соли частным торговцам и эффективного сбора налоговых поступлений от государственной монополии на торговлю солью. Эта практика налога на соль и государственной монополии на соль сохранялась до середины 20-го века, и в 2014 году были разработаны планы по прекращению монополии к 2016 году9.0005
De Beers Group
С момента своего основания в 1888 году De Beers Group считалась монополистом в алмазной отрасли. До начала 21 века De Beers контролировала от 80% до 85% сбыта необработанных алмазов. По мере открытия новых рудников на протяжении 20-го века De Beers становилось все труднее сохранять контроль над глобальными поставками и производством.
Со временем De Beers начала больше сосредотачиваться на своих розничных магазинах и бренде в целом, а не на контроле над более широким рынком. Хотя до сих пор ведутся споры о том, является ли De Beers монополистом, их доля в алмазной отрасли сегодня приближается к 35%.
Реклама
Luxottica
В отличие от многих компаний в этом списке, имя Luxottica, возможно, не является нарицательным, но компании, которые она снабжает, безусловно, таковыми являются. Эта итальянская компания производит очки и оправы для таких брендов высокой моды, как Prada, Chanel, Dolce & Gabbana, Versace, Burberry, Ralph Lauren, Tiffany, Rayban и многих других. В конечном счете, Luxottica контролирует 80% крупных брендов в индустрии очков, и, по оценкам, около полумиллиарда человек во всем мире носят их продукцию.
YKK Group
Если вы проверите любой предмет одежды с застежкой-молнией, скорее всего, он был произведен японской компанией YKK. Около половины молний в мире — примерно 7 миллиардов в год — производит компания YKK, у которой более 200 предприятий по всему миру.
Рынок молний относительно невелик как с финансовой точки зрения, так и с точки зрения производителей, поэтому неудивительно, что на нем доминирует одна компания. Из-за этого доминирования на рынке YKK обвиняют в том, что она является монополистом. Однако в последние годы появились другие производители застежек-молний, такие как SBS, которые создали большую конкуренцию.
Anheuser-Busch InBev
Бельгийская глобальная пивоваренная компания Anheuser-Busch InBev, также называемая AB InBev, производит более 200 сортов пива по всему миру, включая Budweiser, Corona, Stella Artois, Hoegaarden и многие другие. AB InBev получила свое необычное название в результате слияния InBev в Бельгии и AmBev в Бразилии, а затем приобретения Anheuser-Busch в США и SABMiller в Южной Африке. Кроме того, компании принадлежат Grupo Modelo, Oriental Brewery и Bud Analytics. Эта серия слияний и поглощений дала AB InBev огромную монополию на мировом рынке пива.
Нерегулируемая и регулируемая монополия
Еще одно различие, которое необходимо провести в отношении монополий, заключается в том, являются ли они нерегулируемыми или регулируемыми.
Если монополия регулируется, она законна, потому что она находится под надзором и работает с регулирующими органами. Он также будет взимать регулируемую среднюю цену. Напротив, нерегулируемая монополия обладает рыночной властью и может влиять на рыночные цены. Обычно, когда кто-то говорит о том, что компания является монополией, они имеют в виду нерегулируемую монополию. Иногда естественная монополия возникает, когда средние издержки снижаются по сравнению с производством, когда постоянные издержки высоки по сравнению с переменными издержками.
Монополия против олигополии
Олигополия – это когда на рынке доминирует небольшая группа очень крупных продавцов или производителей. По сути, конкуренция в олигополии очень ограничена, а не отсутствует.
Монополия против монопсонии
Монопсония возникает, когда есть только один покупатель. Разница между монопсонией и монополией в конечном счете сводится к тому, кто контролирует рынок. Короче говоря, на монопсонизированном рынке доминирует один покупатель, а на монополизированном рынке — один продавец.
Забота о бизнесе
Монополия Примеры | 6 лучших примеров монополии из реальной жизни
В условиях монополии в конкретной отрасли существует только одна фирма. Есть один-единственный продавец, который продает уникальные товары без заменителей и конкурентов. Продавец имеет право устанавливать цены по своему желанию. Есть несколько примеров монополии в зависимости от различных ситуаций. Ниже приведены различные примеры монополистической структуры с учетом различных возможных областей.0005
Примеры монополии
Ниже приведены различные примеры монополии:
Пример 1
Это одни из самых известных монополий, в основном имеющих историческое значение. . С конца 19 века до начала 20 века Carnegie Steel Company сохраняла исключительный контроль над поставками стали на рынок. Carnegie Steel Company в период монополии фактически устанавливала цену на сталь на национальном уровне без свободной рыночной конкуренции. Постановление правительства изначально отсутствовало.
Эндрю Карнеги на долгое время удалось создать монополию в сталелитейной промышленности, после чего J.P. Morgan завладел компанией, купив ее и объединив ее с U.S. Steel.
Пример 2 – Люксоттика
Большинство из нас никогда не слышали о компании Luxottica, несмотря на то, что это крупнейший производитель очков в мире. Она основана в 1961 году в одной из небольших деревень Италии. Она начала бизнес на международном уровне в начале 80-х и начала поглощать другие компании по производству очков, которые она могла себе позволить. Многие производители солнцезащитных очков международного уровня продают свои солнцезащитные очки под своими собственными брендами, такими как Ray-Ban, Vogue, Killer Loop, T3, Armani и т.
д. Они также контролируют основного поставщика услуг по уходу за зрением в Соединенных Штатах, таких как Eye Med и Vision Care. . Это один из примеров монополии.
Пример 3 – Google
Без Google невозможно даже представить себе макет интернета. Его конкурентами являются Microsoft и Yahoo, но они владеют очень небольшой долей рынка, которая также имеет тенденцию к снижению. Google зарабатывает большую часть денег на рекламе, и хорошо видно, что он контролирует 60% мировых доходов от рекламы. Он приносит хороший доход за счет сбора пользовательских данных с отслеживанием нашей онлайн-активности и появлением рекламы в соответствии с нашей историей поиска и местоположением. Небольшие рекламодатели отстают, поскольку у них нет такого уровня пользовательских данных, как у Google. Таким образом, Google, несомненно, является одной из крупнейших монополий в мире. Компания, по сути, монополизирует несколько других различных рынков в мире.
Пример 4 — Естественная монополия
Редкая доступность природных ресурсов, таких как нефть, приводит к возникновению монополии, называемой естественной монополией.
Джон Д. Рокфеллер, который был основателем Standard Oil вместе со своими партнерами, воспользовался как редкостью ресурсов, так и ценообразованием.
В прежние времена, когда многие нефтяные компании занимались производством большей части своих находок, компании почти не беспокоились об окружающей среде и выкачивали отходы прямо в реку, не тратя время на исследования по надлежащей утилизации. Они также использовали некачественный трубопровод, который был очень подвержен утечкам. Позже Standard Oil начала создавать монополию наряду с развитием инфраструктуры, направленной на снижение стоимости и зависимости. Несмотря на окончательный распад компании в 1911 правительство понимает, что эта грядущая монополия создаст надежную установку, инфраструктуру и обеспечит низкую стоимость. Прибыль от стандартной нефти и хорошая динамика дивидендов помогли завоевать доверие инвесторов и, таким образом, привели к увеличению инвестиций со стороны инвесторов, что помогло ей расти дальше.
Пример 5 – AB InBev
Компания возникла в результате слияния двух крупных пивоваренных компаний Anheuser Busch и InBev.
После слияния они становятся дистрибьютором более 200 сортов пива по всему миру. Многие известные компании, такие как Budweiser, Corona, Beck’s, Stella Artois, Leffe, Skol, Hoegaarden и другие, продают пиво от своего имени, покупая его у AB InBev. Маркетинговые компании пива могут быть разными, но их производители одни и те же.
Пример 6. Рынок социальных сетей
Рынок социальных сетей, который, как мы не думаем, созрел для монополии, но это так. Facebook является лидером на рынке социальных сетей с максимальным процентом доли рынка. Он считается монополистом, потому что у него нет прямой конкуренции с любым конкурентом, он обладает ценовой властью и имеет доминирующую базу пользователей во всем мире.
Кроме того, в 2014 году он также приобрел WhatsApp, который составлял хорошую конкуренцию Facebook в сегменте социальных сетей. Таким образом, почти большая часть рынка социальных сетей принадлежит только Facebook. Таким образом, Facebook является хорошим примером монополии на рынке социальных сетей.